Миротворец, а не преступник: как в РПЦ отреагировали на включение имени патриарха Кирилла в обсуждение нового списка санкций
На этой неделе ЕС начал рассматривать новый пакет санкций — и подтвердилось, что в него предлагают включить патриарха Кирилла (Гундяева).
В РПЦ отреагировали почти сразу. Тон задал глава синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Владимир Легойда. В своем телеграм-канале он назвал попытку ввести санкции против религиозного лидера, годами оправдывавшего войну, «отказом от здравого смысла». По его словам, авторы инициативы находятся в заблуждении и пытаются «подчинить религиозную сферу политической целесообразности».
А говоря о «действенности» такой меры, Легойда напомнил, что патриарх происходит «из семьи, десятилетиями подвергавшейся репрессиям за веру». Обвинив ЕС в подмене религиозных оснований политическими, он сам прибегнул к той же манипуляции — только в обратную сторону.
Этот пост Легойды разошелся по многим площадкам как «нормативный», но собственной реакции на большинстве православных площадок, публичных представителей епископата, клириков-блогеров и им подобным не появилось. Разве что телеграм-канал «Правблог» выпустил заметку, где возможные санкции против Кирилла назвал уже не реакцией на его поддержку войны, а «глобальным ударом по РПЦ». Авторы утверждали, что Запад пытается подорвать авторитет патриарха, «десакрализировать» образ первоиерарха и создать почву для давления на русские православные общины за рубежом.
13 июня линия защиты перешла в формат роликов для широкой православной аудитории. Священник-блогер Павел Островский — один из самых заметных православных медиаперсонажей РПЦ, с большой аудиторией в соцсетях и регулярными выступлениями в видеоформатах — выпустил ролик «Ложь про молитву о Святой Руси». В нём он доказывал, что критики РПЦ якобы не читали текст молитвы и потому искажают позицию Церкви по войне.
Главный приём ролика — попытка доказать «мирную» позицию РПЦ через обращение патриарха Кирилла от 24 февраля 2022 года. Островский зачитывал слова о мире, страданиях людей и помощи пострадавшим, но обходил главное: в этом заявлении Кирилл не назвал Россию агрессором, не потребовал остановить вторжение и говорил о «сторонах конфликта» так, будто ответственность за войну лежит на всех сразу.
Сам Островский, впрочем, выглядит далеко не миротворцем. Ранее в тот же день он выступил на Радио Sputnik, комментируя атаку на панораму «Оборона Севастополя» в аннексированном Россией Севастополе. На вопрос, как на это отвечать, священник заявил, что отвечать нужно «согласно пятой заповеди» («почитай отца и мать»), а затем пояснил: когда речь идёт о защите страны, «лучшая защита — это нападение», и евангельский принцип «подставить вторую щёку» здесь якобы не работает. На этом фоне его ролик о “мирной” позиции РПЦ выглядит особенно показательно: для внешней аудитории — молитва о мире, для своей — оправдание силового ответа.
Фото: foma.ru
На этой неделе ЕС начал рассматривать новый пакет санкций — и подтвердилось, что в него предлагают включить патриарха Кирилла (Гундяева).
В РПЦ отреагировали почти сразу. Тон задал глава синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Владимир Легойда. В своем телеграм-канале он назвал попытку ввести санкции против религиозного лидера, годами оправдывавшего войну, «отказом от здравого смысла». По его словам, авторы инициативы находятся в заблуждении и пытаются «подчинить религиозную сферу политической целесообразности».
А говоря о «действенности» такой меры, Легойда напомнил, что патриарх происходит «из семьи, десятилетиями подвергавшейся репрессиям за веру». Обвинив ЕС в подмене религиозных оснований политическими, он сам прибегнул к той же манипуляции — только в обратную сторону.
Этот пост Легойды разошелся по многим площадкам как «нормативный», но собственной реакции на большинстве православных площадок, публичных представителей епископата, клириков-блогеров и им подобным не появилось. Разве что телеграм-канал «Правблог» выпустил заметку, где возможные санкции против Кирилла назвал уже не реакцией на его поддержку войны, а «глобальным ударом по РПЦ». Авторы утверждали, что Запад пытается подорвать авторитет патриарха, «десакрализировать» образ первоиерарха и создать почву для давления на русские православные общины за рубежом.
13 июня линия защиты перешла в формат роликов для широкой православной аудитории. Священник-блогер Павел Островский — один из самых заметных православных медиаперсонажей РПЦ, с большой аудиторией в соцсетях и регулярными выступлениями в видеоформатах — выпустил ролик «Ложь про молитву о Святой Руси». В нём он доказывал, что критики РПЦ якобы не читали текст молитвы и потому искажают позицию Церкви по войне.
Главный приём ролика — попытка доказать «мирную» позицию РПЦ через обращение патриарха Кирилла от 24 февраля 2022 года. Островский зачитывал слова о мире, страданиях людей и помощи пострадавшим, но обходил главное: в этом заявлении Кирилл не назвал Россию агрессором, не потребовал остановить вторжение и говорил о «сторонах конфликта» так, будто ответственность за войну лежит на всех сразу.
Сам Островский, впрочем, выглядит далеко не миротворцем. Ранее в тот же день он выступил на Радио Sputnik, комментируя атаку на панораму «Оборона Севастополя» в аннексированном Россией Севастополе. На вопрос, как на это отвечать, священник заявил, что отвечать нужно «согласно пятой заповеди» («почитай отца и мать»), а затем пояснил: когда речь идёт о защите страны, «лучшая защита — это нападение», и евангельский принцип «подставить вторую щёку» здесь якобы не работает. На этом фоне его ролик о “мирной” позиции РПЦ выглядит особенно показательно: для внешней аудитории — молитва о мире, для своей — оправдание силового ответа.
Фото: foma.ru
