Богословие без сглаживания: в УКУ напомнили, что у зла есть имя
В Украинском католическом университете во Львове прошёл международный семинар о том, как отвечать на зло — богословски, философски и социально. На нём выступил евангельский богослов Тарас Дятлик и предложил простую, но для многих до сих пор неудобную мысль: война России против Украины требует от христианского языка не «баланса», а точности.
Дятлик критикует привычную для части церковной и экуменической среды лексику про «сложный конфликт», «страдания всех сторон» и «необходимость диалога». По его мысли, такая нейтральность между агрессором и жертвой превращается не в миротворчество, а в форму соучастия. Он напоминает: библейский язык не прячет зло за абстракциями, а называет виновного, жертву и само преступление.
Отдельно Дятлик пишет о том, как российская война заставляет богословие говорить изнутри боли, а не с безопасной дистанции: о церкви, благословляющей насилие, о разрушении человеческого достоинства и о «сообществах надежды», которые сопротивляются злу не декларациями, а присутствием рядом с раненым, вдовой, беженцем, погибшим.
Оригинал статьи на английском, перевод на украинский язык.
В Украинском католическом университете во Львове прошёл международный семинар о том, как отвечать на зло — богословски, философски и социально. На нём выступил евангельский богослов Тарас Дятлик и предложил простую, но для многих до сих пор неудобную мысль: война России против Украины требует от христианского языка не «баланса», а точности.
Дятлик критикует привычную для части церковной и экуменической среды лексику про «сложный конфликт», «страдания всех сторон» и «необходимость диалога». По его мысли, такая нейтральность между агрессором и жертвой превращается не в миротворчество, а в форму соучастия. Он напоминает: библейский язык не прячет зло за абстракциями, а называет виновного, жертву и само преступление.
Отдельно Дятлик пишет о том, как российская война заставляет богословие говорить изнутри боли, а не с безопасной дистанции: о церкви, благословляющей насилие, о разрушении человеческого достоинства и о «сообществах надежды», которые сопротивляются злу не декларациями, а присутствием рядом с раненым, вдовой, беженцем, погибшим.
Оригинал статьи на английском, перевод на украинский язык.



