Дятлик критикует привычную для части церковной и экуменической среды лексику про «сложный конфликт», «страдания всех сторон» и «необходимость диалога». По его мысли, такая нейтральность между агрессором и жертвой превращается не в миротворчество, а в форму соучастия. Он напоминает: библейский язык не прячет зло за абстракциями, а называет виновного, жертву и само преступление.

Отдельно Дятлик пишет о том, как российская война заставляет богословие говорить изнутри боли, а не с безопасной дистанции: о церкви, благословляющей насилие, о разрушении человеческого достоинства и о «сообществах надежды», которые сопротивляются злу не декларациями, а присутствием рядом с раненым, вдовой, беженцем, погибшим.

Оригинал статьи на английском, перевод на украинский язык.

Он много пишет для российских евангельских христиан, многие из которых оказались глухи к страданием украинцев, неспособны сопереживать; слепы к происходящему, а поэтому не могут отличать добро от зла и видеть манипуляции пропаганды; а также совершенно немы, неспособны возвысить свой голос за правду и справедливость.