Это уже не первый такой штраф для Серегина. В прошлом году его также привлекали по статье о «миссионерской деятельности» после воскресного богослужения евангельских христиан-баптистов у него дома. Тогда верующего оштрафовали на 10 тысяч рублей, а апелляция оставила решение в силе.

В этот раз суд снова признал Серегина виновным по статье о «миссионерской деятельности» и назначил штраф 13 тысяч рублей. Сам верующий не согласен с решением и подал жалобу: он пишет, что в его доме собрались единоверцы по собственной инициативе, а в деле не указано ни одного человека, которого он якобы вовлекал в общину.

Однако полиция усмотрела в действиях проповедника незаконное миссионерство (ч. 5 ст. 5.26. КоАП РФ). Ему выписали штраф в 30 тыс. рублей и выдали постановление о выдворении из страны. 

Пастор попытался оспорить это решение через суд. Он настаивал на своей невиновности, рассказал, что уже 30 лет ездит в Россию на встречи с соратниками по конфессии, но прежде претензий к нему не возникало. Но суд послушал силовиков и оставил решение о выдворении пастора оставили в силе.

Логика силовиков стала простой: если религиозная книга лежит в свободном доступе, это уже могут трактовать как “распространение” в рамках миссионерской деятельности. В 17 случаях суды постановили конфисковать литературу, а в трёх — уничтожить. Среди изъятого фигурировали Библии, Коран и Новый Завет. В одном деле московский суд даже распорядился уничтожить книги католического Caritas, включая Новый Завет в русском переводе.

Есть и совсем показательные случаи: адвентистскую церковь в Йошкар-Оле оштрафовали на 35 тысяч рублей за подкасты на “Яндекс Музыке” без полного официального названия, католическую архиепархию Москвы — на 30 тысяч за сокращённое название на сайте и в Telegram. Под удар попадали мусульманские, протестантские, католические, буддистские общины и кришнаиты.

Главный вывод: российская осада и оккупация почти уничтожили прежний религиозный ландшафт города. До вторжения в Мариуполе было найдено 55 культовых зданий, из них 39 (см. приложенный скриншот) — 71% — были повреждены. К ноябрю 2024 года целые религиозные группы фактически остались без своих молитвенных домов: иудеи, Свидетели Иеговы, мормоны, реформатские протестанты и римо-католики. У ПЦУ и протестантов остались лишь отдельные здания, и не всегда понятно, доступны ли они прежним общинам.

После захвата города оккупационные власти начали не просто «восстановление», а переформатирование религиозной карты. Часть зданий не ремонтировали вовсе: 15 молитвенных домов не имели признаков восстановления до октября 2024 года. Другие 21 здание восстановили, но не всегда для прежнего религиозного использования. Через обязательную российскую регистрацию власти получили инструмент отсеивать «нежелательные» конфессии, угрожать изъятием имущества и переводить общины под контроль РПЦ. По данным отчета, все храмы УПЦ  в Мариуполе и как минимум один храм ПЦУ были перерегистрированы или освящены как структуры РПЦ.

Авторы называют это частью русификации: бюрократические процедуры позволяют оккупационным властям выявлять «нежелательные» религиозные группы, контролировать религиозную жизнь жителей и вытеснять украинский религиозный плюрализм.

Полный отчет доступен на английском языке по ссылке.

В частности, предлагается выдворять иностранцев на основании ч. 5 ст. 5.26 КоАП (нарушение законодательства о свободе совести, свободе вероисповедания и о религиозных объединениях), которая предусматривает наказание за “незаконное миссионерство”.

(Снимок сгенерирован ChatGPT)

С докладом выступил украинский религиовед Владислав Гаврилов. Его главный тезис: Московский патриархат стал не просто церковью, которая оправдывает агрессию, а частью российской государственной машины — включая систему депортации украинских детей.

По словам Гаврилова, структуры РПЦ участвовали в размещении вывезенных украинцев, включая детей, в пунктах временного размещения, часть из которых обслуживалась или финансировалась церковью. Он также призвал США вводить санкции против причастных — включая высшее руководство РПЦ.

В резолюции сказано, что нарушения свободы религии могут быть связаны с вооруженными конфликтами и иностранной оккупацией, в том числе в контексте войны агрессии Российской Федерации против Украины. Ассамблея указывает на сообщения о подавлении религиозного плюрализма, ограничениях для неаффилированных религиозных общин и использовании религии в политических целях оккупационными властями.

Еще один важный акцент документа: ПАСЕ заявила, что религия все чаще используется как инструмент пропаганды и гибридной войны. Также Ассамблея призвала обеспечивать, чтобы нарушения свободы религии, связанные с вооруженными конфликтами и оккупацией, эффективно фиксировались, документировались и рассматривались на национальном и международном уровне.

Главный смысл их замечаний простой: закон написан слишком широко и расплывчато. Под удар могут попасть домовые храмы, домашние молитвы, служение больным на дому, а также общины, которые собираются в изолированных помещениях на первых этажах многоэтажек. Отдельно религиозные объединения указывают на отсутствие переходного периода и риск произвольного применения.

По сути, даже вполне системные и лояльные конфессии дают понять: в таком виде это не про защиту соседей, а про новое сужение свободы вероисповедания. Рассмотрение законопроекта намечено на июнь 2026 года.

Ведомство предложило учебным заведениям принять меры для соблюдения требований в рамках федерального государственного контроля. Конкретные нарушения, послужившие основанием для предостережений, не уточняются. В Рособрнадзоре подтвердили факт вынесения предостережений.

Ранее местные власти ликвидировали греко-католический приход свв. Кирилла и Мефодия в Барановичах. Третий приход — в Ивацевичах — не прошёл перерегистрацию в 2025 году и был закрыт по другой процедуре. В итоге в Брестской области закрыты все три греко-католические религиозные организации; при этом ни официальные церковные структуры, ни госорганы публично об этом не сообщали.

По данным верующих, точные причины ликвидации официально не разъяснялись, но в одном из судебных решений фигурировала формулировка о якобы «угрозе национальным интересам». После закрытия организаций греко-католики не могут самостоятельно проводить богослужения византийского обряда и собираться как община; сейчас они рассчитывают добиваться возможности служить в римско-католических храмах и надеются когда-нибудь восстановить регистрацию приходов.