Руководитель фонда «Дом с маяком» Лида Мониава побывала на заседании по делу Никиты Иванковича и Дениса Поповича — выпускников семинарии и бывших церковнослужителей, которых ФСБ обвиняет в подготовке покушения на митрополита Тихона (Шевкунова).

Мониава обратила внимание на заявления обвиняемых о невиновности и на странности с доказательствами. В частности, по ее словам, в суде прозвучало, что упаковка сока, в которой якобы была спрятана взрывчатка, была приобретена и зарегистрирована в системе «Честный знак» уже после заключения молодых людей под стражу. Телефон с фигурирующей в деле перепиской они, по их словам, впервые увидели при задержании.

Суд продлил Иванковичу и Поповичу содержание под стражей еще на два месяца. Когда их уводили в наручниках, Иванкович крикнул небольшой группе поддержки: «Христос воскресе!». «И мы сразу выходим из ступора и кричим в ответ: “Воистину воскресе!”», — рассказала Мониава.

Стали известны новые подробности освобождения греко-католических священников Богдана Гелеты и Ивана Левицкого, которых российские оккупационные силы захватили в Бердянске в ноябре 2022 года. Отцы-редемптористы провели в плену более 19 месяцев, пережили допросы, обвинения в «терроризме» и пытки.

После их исчезновения почти никто не знал, где находятся священники и живы ли они. Но за их освобождение начал бороться Виталий Косович (на фото) — украинский юрист, их давний прихожанин и знакомый, который в тот момент учился в Университете Нотр-Дам в США. Он обратился в Глобальную клинику по правам человека, и вместе со студентами они начали международную кампанию по поиску священников и привлечению внимания к их делу.

Именно эта работа, как утверждается в статье Университета Нотр-Дам, помогла поднять вопрос о священниках Гелете и Левицком на международный уровень. В июне 2024 года священники были освобождены в рамках обмена. После возвращения священник Богдан Гелета заявил, что пережитое не разрушило его веру, а «углубило» ее — теперь он помогает военным, бывшим пленным и семьям погибших.

В проекте Vatican Access вышло интервью с Даниэлем Галадзой — священником Украинской греко-католической церкви, литургистом и профессором Папского восточного института в Риме. Он служит в Киевской архиепархии УГКЦ и работает в ватиканской Дикастерии по делам Восточных церквей.

В разговоре клирик среди других тем говорит и о том, как российское вторжение в Украину и поддержка войны со стороны РПЦ изменили отношения между украинским и российским христианством. Отдельно обсуждается, что УГКЦможет дать всей Католической церкви и почему внимание Папы Льва XIV к Восточным церквам оказалось важным сигналом.

Издание Frontliner рассказало о настоятеле Гарнизонного храма святых апостолов Петра и Павла во Львове Тарасе Михальчуке. С 2014 года священник УГКЦ отпевает погибших украинских военных, а после начала полномасштабного вторжения из-за множества похорон разделяет это служение с другими священниками.

Михальчук старается не говорить родственникам: «Я вас понимаю», поскольку считает, что до конца понять скорбящего может лишь человек, переживший такую же потерю. Иногда вместо слов остаётся просто быть рядом. Помощь семьям продолжается и после похорон: приход проводит общие молитвы, знакомит переживших утрату людей и приглашает детей погибших на занятия и в летние лагеря.

Священник называет каждое отпевание большой честью — возможностью достойно проводить тех, кто отдал жизнь за Украину. Он считает неправильным избегать военных похорон ради собственного эмоционального спокойствия: близким погибших необходима поддержка, а война касается каждого.

Проект «Призыв к совести» опубликовал историю Платона и Аллы, имена изменены. Платон вырос в баптистской семье и понимал, что военная служба противоречит его убеждениям. Вместе с женой он подготовил заявление на альтернативную гражданскую службу, справку и характеристику из церкви, а также фотографии, подтверждающие его участие в жизни общины.

На фоне подготовки к АГС в техникуме, где учился Платон, студентов агитировали идти на войну против Украины — в том числе операторами дронов. По словам Аллы, парней убеждали контрактом, обещали преимущества и пугали армией за учебные задолженности.

Призывная комиссия в итоге быстро одобрила Платону альтернативную службу. В «Призыве к совести» подчёркивают: церковные документы могут сильно помочь, но гарантии нет — известны и случаи отказов даже при религиозных убеждениях.

Ветеран российско-ичкерийских войн Адам регулярно навещает кавказцев, находящихся в украинском лагере для военнопленных. В разговорах с ними он пытается понять их мотивацию и объяснить, что война против Украины — не их война.

Авторы сюжета FREEDOM. Кавказ обращают внимание на контраст: в украинском плену мусульмане могут молиться, соблюдать свои традиции и говорить на темы, за которые в России их легко объявляют «экстремистами».

По словам Адама, российская власть много говорит об уважении к народам и конфессиям, но именно представителей национальных и религиозных меньшинств часто первыми отправляет на войну.

Она рассказала, что сестры остаются рядом с людьми, несмотря на тревоги, обстрелы и усталость: помогают военным, ветеранам, семьям погибших и плененных, организуют встречи и программы для детей. По словам сестры Лукии, в Запорожье смерть ощущается очень близко, но это не разъединяет людей, а наоборот — учит держаться вместе.

Во время встречи с Папой Львом XIV в Ватикане сестра Лукия передала ему икону «Иисус, страдающий с Украиной» и фотографии украинских военных, находящихся в плену. А украинцам она пожелала не тратить силы на внутренние конфликты, а искать добро друг в друге и, несмотря на усталость, выбирать жизнь.

На комиссии молодой человек объяснял, что по убеждениям не может брать в руки оружие. Ему задавали каверзные вопросы — о библейских текстах, присяге, самообороне и защите близких. Родители выступили свидетелями и помогли вернуть разговор к главному: АГС — это законный путь служения обществу без участия в военной системе.

В итоге комиссия единогласно одобрила АГС. Мать призывника подчёркивает: это не «чудо», а результат долгой подготовки, знания прав и поддержки правозащитников. Её главный совет другим родителям — не оставлять сыновей одних, начинать готовиться заранее и фиксировать всё, что подтверждает убеждения отказчика.

Несмотря на обстрелы, Киев продолжает жить, а христианские учебные заведения — работать. В Киевской богословской семинарии после зимнего перехода в онлайн продолжали проходить очные занятия. А директор Kyiv Christian Academy Эрик Мур рассказывает, что недавний удар по складу рядом со школой повредил окна и снова заставил родителей спрашивать себя: можно ли оставаться с детьми в городе, где ночью гремят взрывы?

Для Мурзина и Мура это вопрос не только безопасности, но и призвания. Мур говорит, что такие моменты возвращают людей к главному: зачем Бог поставил их здесь и почему важна община, частью которой они являются. А Мурзин подчеркивает: украинцы борются не просто за территорию, а за выживание. «Христиане должны первыми показывать мужество и храбрость. Евангелие освободило нас от многих страхов, включая страх смерти», — говорит он.

Кокора описывает, как война стала для церковной среды лакмусовой бумажкой. По его словам, несогласные прихожане и священники оказываются в изоляции, а для духовенства «молитва о победе» превратилась в тест на лояльность: её нужно читать громко, полностью и без изменений. Саму современную РПЦ Московского патриархата он в интервью называет «государственным органом», который доносит до людей волю власти.