«Однажды мы все умрем, и однажды мы все воскреснем, в этом благая весть. С нами воскреснут наши командиры Моторола, Клуни, Воха, все остальные, Батя. Все воскреснут, все вместе будем в одном строю. В каком мы теле будем, мы не знаем. Мы не знаем когда это будет, как это будет. Но мы точно знаем, что однажды это произойдет». 

Говорит ли он о том, что «всех победим, всех убьём, всех, кого надо, ограбим, всё будет, как мы любим», не сообщается.

«Помолились за нашего брата Максима и всех павших воинов на панихиде», — говорится в публикации, которой поделился епископ РПЦ. 

Ранее Татарский заявлял:.«

Всех победим, всех убьём, всех, кого надо, ограбим, всё будет, как мы любим».

До того как Максим Фомин совершил вооруженный разбой, он посещал церковь под названием «Благоразумный разбойник».

Но христианский бэкграунд молодости он перенес в свою новую преступную жизнь. Это следует из его рассказов на  «Спасе», это видно и в его некоторых постах на его страницах. 

«Проповеди» Владлена Татарского служат наглядным пособием инструментализации религиозного языка в средство оправдания преступлений. 

«С большой скорбью узнал о террористическом акте, совершенном в моем родном городе Санкт-Петербурге. В результате злодеяния погиб военный журналист Максим Фомин, известный как Владлен Татарский, и пострадали десятки людей, многие из которых находятся сейчас в больницах в тяжелом состоянии».

При этом патриарх связал взрыв в Санкт-Петербурге с попытками «захватить сердце Святой Руси — Киево-Печерскую лавру, и теми, кто убивает мирных жителей в российских регионах». 

Незадолго до этого, готовя россиян к контрнаступлению ВСУ, он призвал к молитве. 

Вокруг его смерти уже делаются робкие жесты сакрализации, особенно в Z-среде. Некоторые православные пропагандисты также успели отметиться в пожелании Царства Небесного и вечной памяти: среди них и глава пресс-службы РПЦ Владимир Легойда.