«1. Гойда! Это свящённая война! Бог простит все грехи погибшим на войне солдатам. (Не придумываю. Это ересь Патриарха Кирилла: «жертва солдата (не Христа!) смывает все его грехи»).

2. Нет войне! Это плохо, грех.

3. А мы в чуриках! Мы не занимаемся политикой и не принимаем никакую из сторон».

«Вот последняя группа самая мрачная. Но и самая популярная. Самая безопасная. Это такая попытка заглушить голос совести в принципе правильной идеей. Церковь действительно должна дистанцироваться от политики. Но церковь не только имеет право, но обязана давать МОРАЛЬНУЮ оценку происходящим событиям», — подчеркнул пастор.

Он также привел «интересный ответ Бонхеффера человеку, который искренне недоумевал, как он, будучи теологом и пастором «топит» против войны, активно сопротивляется гитлеровскому режиму: ведь он должен заниматься проповедью Христа»:

«Понимаете, если я увижу как по проспекту гонит пьяный водитель и вот-вот налетит на людей, моя обязанность как пастора не только отпеть жертв будущей катастрофы и утешить их родственников, но прежде всего выхватить руль у этого пьяницы!»

По словам Субботина, сейчас пасторы отказываются «от обличения, когда конкретные обстоятельства того требуют, просто прикрываясь и без того плохо исполняемой обязанностью проповедовать Евангелие».

«Мир, — говорил Бонхеффер, — это то, на что нужно отважиться. К миру нельзя прийти, идя путем безопасности. Битвы выигрываются не оружием, а Богом. Они обретаются там, где путь ведет к кресту».